США и Иран готовятся подписать соглашение. Трамп меняет приоритеты. Турция активизирует дипломатию
00:0000:00
ИНФОГРАФИКА
Перемирие США и Ирана охладило нефтяной рынок. Цены на черное золото достигли трехмесячного минимума. Но любой срыв переговоров может вновь развернуть котировки. Сколько будет стоить топливо в краткосрочной перспективе — в материале TRT на русском.
Кабинет Кира Стармера трещит по швам, считают СМИ. Министр обороны Джон Хили, которого называют соперником премьера, ушел в отставку из-за спора о военном бюджете. Для Стармера это может стать ударом: ранее он предупреждал об угрозе со стороны РФ
Премьер Британии заявил, что Москва может предпринять военные действия против альянса уже через четыре года — насколько это реальная угроза?
Ближний Восток опять горит. США бьют по Ирану, Израиль атакует Ливан, Тегеран бомбит американские базы, а хуситы грозят обрушить мировую торговлю. Что теперь будет с переговорами — в материале TRT на русском
Победа правящей партии закрепила прозападный курс Армении — но не сняла главный вопрос: что теперь будет с отношениями Еревана и Кремля?
Кабинет Кира Стармера трещит по швам, считают СМИ. Министр обороны Джон Хили, которого называют соперником премьера, ушел в отставку из-за спора о военном бюджете. Для Стармера это может стать ударом: ранее он предупреждал об угрозе со стороны РФ
Премьер Британии заявил, что Москва может предпринять военные действия против альянса уже через четыре года — насколько это реальная угроза?
Ближний Восток опять горит. США бьют по Ирану, Израиль атакует Ливан, Тегеран бомбит американские базы, а хуситы грозят обрушить мировую торговлю. Что теперь будет с переговорами — в материале TRT на русском
Победа правящей партии закрепила прозападный курс Армении — но не сняла главный вопрос: что теперь будет с отношениями Еревана и Кремля?
Кто забирает дипломатию у Брюсселя?
Франция и Германия обсуждают реформу внешнеполитической системы ЕС и сокращение полномочий главы европейской дипломатии. За дискуссией о реформе скрывается более глубокий вопрос: способна ли Европа вообще говорить одним голосом?
США и Иран готовятся подписать соглашение. Трамп меняет приоритеты. Турция активизирует дипломатию
00:0000:00
ИНФОГРАФИКА
Перемирие США и Ирана охладило нефтяной рынок. Цены на черное золото достигли трехмесячного минимума. Но любой срыв переговоров может вновь развернуть котировки. Сколько будет стоить топливо в краткосрочной перспективе — в материале TRT на русском.
Кабинет Кира Стармера трещит по швам, считают СМИ. Министр обороны Джон Хили, которого называют соперником премьера, ушел в отставку из-за спора о военном бюджете. Для Стармера это может стать ударом: ранее он предупреждал об угрозе со стороны РФ
Премьер Британии заявил, что Москва может предпринять военные действия против альянса уже через четыре года — насколько это реальная угроза?
Ближний Восток опять горит. США бьют по Ирану, Израиль атакует Ливан, Тегеран бомбит американские базы, а хуситы грозят обрушить мировую торговлю. Что теперь будет с переговорами — в материале TRT на русском
Победа правящей партии закрепила прозападный курс Армении — но не сняла главный вопрос: что теперь будет с отношениями Еревана и Кремля?
Кабинет Кира Стармера трещит по швам, считают СМИ. Министр обороны Джон Хили, которого называют соперником премьера, ушел в отставку из-за спора о военном бюджете. Для Стармера это может стать ударом: ранее он предупреждал об угрозе со стороны РФ
Премьер Британии заявил, что Москва может предпринять военные действия против альянса уже через четыре года — насколько это реальная угроза?
Ближний Восток опять горит. США бьют по Ирану, Израиль атакует Ливан, Тегеран бомбит американские базы, а хуситы грозят обрушить мировую торговлю. Что теперь будет с переговорами — в материале TRT на русском
Победа правящей партии закрепила прозападный курс Армении — но не сняла главный вопрос: что теперь будет с отношениями Еревана и Кремля?
Кто забирает дипломатию у Брюсселя?
Франция и Германия обсуждают реформу внешнеполитической системы ЕС и сокращение полномочий главы европейской дипломатии. За дискуссией о реформе скрывается более глубокий вопрос: способна ли Европа вообще говорить одним голосом?
