Сильные обезболивающие, транквилизаторы, таблетки от ADHD, виагра.
В мессенджерах Telegram и Signal можно найти широкий выбор психотропных рецептурных препаратов, которые легко купить с рук.
Сейчас в Финляндии практикуют врачи, которые слишком легко выписывают рецепты, способствуя злоупотреблениям и перепродаже на улицах.
Продажа, передача или дарение рецептурных препаратов – преступление, обычно караемое штрафом. Однако на перепродаже можно заработать в десятки раз больше аптечной цены, и это привлекает отдельных людей.
Например, упаковка габапентина, лекарства от эпилепсии и невралгии, стоит в аптеке менее 30 евро, а на чёрном рынке её цена достигает 150 евро.
Сотни тысяч злоупотребляют лекарствами
Утечка психотропных рецептурных препаратов – серьёзная проблема для Финляндии. По данным Ведомства здравоохранения и социального развития (THL), почти 400 тысяч финнов хотя бы раз принимали одурманивающие препараты без рецепта или не по инструкции.
В эту группу входят и те, кто всего раз взял у знакомого снотворное или сильнодействующую рецептурную таблетку от боли.
Примерно 5% всех выписанных наркотических препаратов в итоге становятся объектом злоупотребления, оценивает эксперт по наркотикам из организации Ehyt ry Аннуска Даль Масо.
Тех, кто регулярно злоупотребляет обезболивающими, в стране около 100 тысяч, считает нарколог клиники Mehiläinen Каарло Симойоки.
Система даёт сбой
Врачи выписывают психотропные рецепты, даже когда есть основания заподозрить злоупотребление.
В прошлом году Агентство по лицензированию и надзору (LVV) лишило 14 врачей права выписывать наркотические препараты.
Ещё нескольких врачей полностью лишили права на практику из-за неправильного назначения лекарств. Точных данных Yle от LVV не получила.
Причин небрежного назначения лекарств множество.
– Врачи тоже люди. Случается непонимание, наивность, спешка, желание помочь. Иногда у врача в анамнезе личные проблемы, например, зависимость, – говорит Симойоки.
Иногда пациенты оказываются искусными манипуляторами, от которых врачу трудно избавиться, добавляет он.
Есть несколько способов устранить проблемы в системе, считает Симойоки.
Во-первых, при боли нужно чаще предлагать нелекарственное лечение. Во-вторых, стоит строже контролировать, при каких диагнозах назначают психотропные препараты. Если бы в каждом рецепте указывали диагноз, отслеживать тенденции было бы проще.
Аптеки также участвуют в борьбе со злоупотреблениями.
– Если у нас есть серьёзные и обоснованные подозрения в злоупотреблении, мы не отпускаем лекарство и связываемся с врачом, выписавшим рецепт. Например, когда у клиента несколько рецептов на один и тот же препарат, – объясняет фармацевт Университетской аптеки Кати Вуорикаллас.
Разные категории злоупотребляющих
Чаще всего на чёрном рынке можно обнаружить транквилизаторы и обезболивающие. В последние годы растёт торговля препаратами от ADHD.
Говоря об утечке рецептурных препаратов, важно различать разные группы людей, которые их покупают, отмечает Симойоки.
Одни стали зависимы от лекарств, назначенных при реальном заболевании. Когда лечение внезапно прекращается, они продолжают принимать препараты, добывая их на чёрном рынке.
Другие – эпизодические потребители. Они усиливают или сглаживают действие алкоголя и стимуляторов транквилизаторами либо используют препараты от ADHD, то есть производные амфетамина, как стимулятор на вечеринках.
Третья группа – люди с множественными проблемами и тяжёлой наркозависимостью. Им психотропная доза нужна ежедневно, и они добывают ее любым способом.
При всей серьёзности проблемы злоупотребления и перепродажи рецептурных препаратов внутри страны, которая влияет на здоровье нации, экономику, семьи, трудоспособность людей, Симойоки напоминает: ещё больший масштаб имеет нелегальный ввоз из-за границы.
– В конечном счёте основная масса этих веществ поступает из-за рубежа, – говорит нарколог Каарло Симойоки. Вместе с контрабандой в страну попадает множество поддельных лекарств, использование которых всегда опасно.
Исправление от 24.4.2026, 15:55: Стоимость упаковки габапентина на чёрном рынке составляет около 150 евро, а не 1 500 евро, как сообщалось ранее в статье.